Бекмамбетов: после кризиса Голливуд похудеет, а кино уйдет в Интернет

Тимур Бекмамбетов - известный российский режиссер, который снимает в Голливуде коммерчески успешные блокбастеры (фильм «Особо опасен» собрал 350 миллионов долларов по всему миру). Он рассказал в интервью РИА Новости о том, как пробиться на «фабрику грез» и что ждет кино после конца мирового кризиса.

Жизнь после кризиса

- Чем, на ваш взгляд, грозит кризис кинематографу?

- Итогом нынешнего кризиса станет не исчезновение кино, а смена состава участников забега, тех, кто это кино делает. Придет новое поколение кинематографистов.

Уставшие от жизни люди среднего возраста просто не смогут перестроиться, не смогут работать за меньше деньги. Кризис происходит в умах людей, и потом он реализуется в виде цифр и падений котировок.

А молодые кинематографисты, как им и полагается, полны оптимизма. Они начнут с нуля и сделают что-то новое.

- Это справедливо и в отношении Голливуда?

- Голливуд сейчас похож на жирного эпикурейца. Я думаю, что он просто похудеет и постройнеет, станет мускулистее. Сдуется вся пена, сократится число выпускаемых картин, станут меньше бюджеты, и спрос будет определять предложение. Кроме того, будут появляться новые способы показов, многие режиссеры и кинотеатры перейдут на цифру, что повлечет за собой удешевление процесса дистрибуции, и кинотеатры смогут заключать контракты напрямую, минуя посредников.

И, наконец, Интернет «сожрет» огромную часть аудитории, а кинотеатр останется местом, где люди будут социализироваться, общаться друг с другом.

- То есть люди все-таки будут ходить в кинотеатры?

- Да. Но у кинотеатров останется только функция общения, все остальные будут отмирать. В кино будут ходить, чтобы пообщаться с девушкой, перевоплотиться в героя на три часа, а заодно и посмотреть фильм.

- А на вас лично кризис как-то отразился? Стало меньше проектов или напротив?

- Предложений меньше не стало. Вот сейчас решается вопрос, за какой из проектов, где я буду режиссером и продюсером, взяться первым делом - за продолжение фильма «Особо опасен», экранизацию романа «Моби Дик» или заняться фантастической картиной The days before.

Кроме того, я продюсирую два российских проекта: анимационную ленту «Девять» - первый полнометражный экшн-мультфильм, рассчитанный на детей и взрослых, и фантастический фильм «Черная молния» - первый в России фильм о супергерое.

Я считаю, что когда в стране кризис и многие кинопроекты закрываются, роль продюсера становится центральной.

- Российский вариант продюсирования всем известен: в большинстве случаев - это либо «распил», либо освоение государственных или частных средств. А какова роль продюсера в США?

- Западный продюсер - это не тот человек, который вкладывает свои деньги, а тот, который организует и контролирует процесс, привлекает средства инвесторов, собирает творческую команду и принимает творческо-организационные решения. В художественную часть работы я тоже вмешиваюсь, отстаиваю свои убеждения.

- Что вам приносит больше денег: режиссура или продюсирование?

- В моем случае больше денег приносит работа, когда я являюсь продюсером фильма, в котором выступаю, как режиссер.

- У Вас дух не захватывает при работе со стомиллионными бюджетами?

- Нет, так как при работе над блокбастером все расходы четко регламентированы.

В США есть тип фильмов с бюджетом до 20 миллионов долларов, и блокбастеры, которые стоят более 100 миллионов. В первом случае у тебя больше жанровой свободы, можно искать, экспериментировать, ломать стандарты, так как эта сумма, как правило, окупается, а если происходят потери, то они не столь значительны.

В случае 100-миллионного бюджета, никто тебе не позволит принимать спонтанные решения - все должно быть правильно, схематично, застраховано, разумно.

Разница, как в казино, когда ставишь на конкретную цифру, или на красное или черное поле. Блокбастеры - это красное-черное, выигрыш небольшой, но почти гарантированный.


Как покорить Голливуд

- Говорят, что вы избрали очень правильную стратегию продвижения в Голливуде, открыли офис, часто появляетесь на светских тусовках.

- Я не занимался самопиаром - в Лос-Анджелесе просто очень активно идет процесс создания фильмов. Голливуд - огромная фабрика по производству развлечений для людей всей планеты, и эта фабрика нуждается в профессиональных людях, идеях, воле. Все, кто по- настоящему хотят себя реализовать, там себя реализуют.

Есть мнение, что если тусоваться и плести интриги, можно пробиться, но на деле это мало что решает. К слову, мое общение с друзьями и знакомыми там как раз и сводится к тому, чтобы отдохнуть от работы. Есть, например, такой замечательный человек, как Матвей Шац. Он делал кинолабараторию на Ленфильме, уехав в Голливуд стал заниматься устанавкой света на картинах. Ему сейчас уже 70 лет, и я с удовольствием хожу с ним в баню, и мы говорим о жизни, а не о работе.


Два мира - два кинематографа

- В чем, на ваш взгляд, принципиальное отличие кинопроизводства в США и России?

- В России кинематография национальная - мы производим фильмы для своей страны, а в США кинематограф обслуживает всю планету. В этом и заключается принципиальная разница. Поэтому другие размеры и интенсивность деятельности, другие бюджеты.

Но главное, в США есть многолетний и непрерывный опыт деятельности кинематографа, который не прерывался ни кризисами, ни указами и сменами политических курсов, около 100 лет существует город, производящий «сны» для мира. Опыт и знания передаются там из рук в руки, существует живой, непрерывный процесс.

А в России вместо непрерывного опыта постоянно образуются огромные провалы - это, в конечном счете, приводит к дилетантству, так как в кино приходят непрофессионалы.


- Так произошло со сценарной школой?

- Да, у нас была великолепная сценарная школа, сложившаяся в 60-70-е года ХХ века, но в 90-е все прервалось, и опыт не был передан новому поколению. Сейчас, надеюсь, в России все рождается заново.

Мария Ганиянц, РИА Новости

Источник: Телекритика