Рецензия на фильм «Шпион»: меж молотом и наковальней

И вновь студия "ТриТэ", питающая особую любовь к творчеству Бориса Акунина, сотворила и представила нашему вниманию очередную (пятую по счету) киноадаптацию одного из его произведений. На сей раз выбор пал на "Шпионский роман", так что российским киноделам удалось совместить привычное с приятным – тематику Великой Отечественной и экранизацию романа популярного в народе автора. Получилось, как ни странно, нечто совсем уж неожиданное.
История разворачивается вокруг Егора Дорина (Данила Козловский), младшего лейтенанта разведки и боксера клуба Дианамо, которого, накануне вторжения Третьего Рейха, завербовали для участия в операции "Затея". Курирует Дорина старший майор Октябрьский (Федор Бондарчук), человек опытный и твердый. Цель операции – выяснить, когда именно Гитлер нападет на СССР и нападет ли вообще, для чего ее участникам придется разобраться с засевшим в Москве агентом дезинформации. И от решения этой задачи будет зависеть судьба миллионов людей.
Начать хотелось бы с не самого главного, но самого примечательного – антуража. Решение дебютанта Алексея Адрианова превратить предвоенную Москву в мечту Сталина воспринимать возможно, пожалуй, лишь в положительном ключе. Монументальная сталинская архитектура, определяющая облик Москвы, действительно впечатляет. Всюду монолитные высотки, в небе парят дирижабли, а над центром столицы величественно вздымается Дворец Советов, на пике которого Ленин вместо путеводной красной звезды сам указывает всем путь. Все это выглядит как минимум эффектно.
Однако этим дело не ограничивается – картинка полнится различными ноу-хау (по тем временам-то), как то прибор ночного видения, камеры слежения, рассыпанные по всей Москве и двусторонняя видеосвязь (привет, Skype!). В общем, нечто, слегка отдающее стимпанком – и при это ни разу не режущее глаз.
Но мы отвлеклись. Главная проблема, беда "Шпиона" состоит в том, что он поверхностный. Причина – достаточно увидеть в самом начале заставку телеканала "Россия", чтобы понять – это не более чем купированная версия сериала, для широкого экрана малопригодная.
В результате, практически все сцены из оригинала перекочевали в экранизацию, но пролетают они настолько быстро, что сполна погрузиться хоть в какую-либо из них просто не успеваешь. На все про все – час, сорок минут, и вместо того, чтобы отснять часть сцен отдельно, специально для большого экрана, сценаристы просто покромсали пленку, оставив лишь кадры "первой необходимости".
Это, разумеется, как уже было сказано выше, не замедлило сказаться на качестве "Шпиона", и никакой монтаж ситуацию спасти не в состоянии. Так что если первая половина фильма – кстати, отдающая чуть ли не фарсом – проходит в более-менее ровном темпе и виде, то ближе к развязке начинается череда оборванных и лишенных целостности сцен, в погоне к финальной черте буквально налетающих друг на друга в произвольном порядке.
Сам фильм уже неоднократно и справедливо успели окрестить кинокомиксом. Все дело в том, что Адрианов не скупится на краски – как в плане освещения и насыщенности картинки, так и в плане персонажей и событий. Рисуя ленту крупными и кричащими штрихами, он, несмотря на наличие, казалось бы, неоднозначных ситуаций, всячески избегает полутонов. Ну и что, что, например, Наши жертвуют своими же ради Общего Блага? Здесь это не более чем сюжетный поворот, особенно учитывая, опять же, пеньки-намеки на размышления о хорошем Союзе/плохом Союзе, оставшиеся от ветвистых рощ мыслей самого Акунина.
А что же касается красок, скажем так, технических, то здесь все сочно и красиво, в основном, помимо декораций, за счет актеров. Играть им – всем – пришлось героев, ставших на экране бесхитростными и простыми в своих образах.
Даниле Козловскому отвели роль рубахи-парня, расторопного, смелого и смекалистого. Справился он с ней отлично, но самое интересное не в этом, а в том, что, хоть он и главный герой, запоминается он куда хуже своего непосредственного начальника Октябрьского, роль которого исполнил Бондарчук.
Хоть и не ахти какой из него режиссер, актер он достойный. Даже заключенный в рамки, установленные сценаристами, он смог просто прекрасно перенести на экран старшего майора НКГБ – профессионала до мозга костей, всю жизнь выстроившего по принципу недоверия сердцу и следования разуму. На выходе получился самый харизматичный герой всего "Шпиона", за которым следишь даже внимательнее, чем за Дориным, и к которому невольно проникаешься симпатией.
В конечном итоге, "Шпион" – фильм все же не для кинотеатров, а для телевидения. За фасадом величественной, Советской до мозга костей архитектуры скрывается не самым ладным образом скроенное зрелище, не обремененное каким-либо смыслом, кроме как развлечь зрителя – нетребовательного и простого, который фанатеет либо от Акунина, либо от предвоенного времени. На один раз, как говориться. Но раз вполне себе смотрибельный.